Не сомневаюсь, что самые сильные, пусть и...

Телеграм апр. 16, 2020

Не сомневаюсь, что самые сильные, пусть и не всегда заметные изменения после пандемии ждут богослужебные сторону жизни религий. В России это в первую очередь касается РПЦ в которой есть есть силы отчаянно сопротивляющиеся предписаниям закрыть храмы на Пасху.

Помимо коммерческой стороны вопроса, помимо постоянного опасения ухода в «консервативный раскол» верующих и клириков, которые могут счесть закрывшего храмы патриарха отступником, здесь есть и простая богословская неразработанность литургики.

Еще в древности соборами было установлено, что смысл присутствия христианина на литургии – в причастии, а не причащавшийся долгое время христианин фактически отступил от веры. На практике же традиция приходить в храм «отстоять литургию», а причащаться редко, сформировалась в России еще до революции (советские гонения ее разве что усугубили).

Насколько при таком отношении паствы к причастию, скажем, в нынешних условиях литургия, которую транслируют в сети, равнозначна той, на которой верующие присутствуют лично? Канонические аспекты этого могло бы проработать Межсоборное присутствие, специально созданное для этой цели, но практика показывает, что куда менее важные документы там обсуждаются годами, а собственных полномочий у него все равно нет – наработки всего лишь предоставляются Архиерейскому собору.

Пока что дальше всего пошла Санкт-Петербургская митрополия, а точнее, ее подразделение, отвечающее за служение в тюрьмах. Там литургию для заключенных, которую показывают ежедневно в Страстную Седмицу, вообще записали заранее – она даже не идет в прямом эфире. Но пока что именно отсутствие четкой богословской позиции, да и возможности ее выработать, ограничивает возможности церковной рабочей группы по координации деятельности в период пандемии. И приводит к тому, что важнейший вопрос о массовых собраниях решается индивидуально даже не епархиями, а приходами.

А здесь появляется раздолье для ковид-диссидентствующих фундаменталистов. И как следствие, конфликты с властями, разуверившимися в способности и намерении епархий поддерживать карантин, а также тихий гнев лишившихся работы людей, не понимающих, почему из-за недопустимости массовых собраний закрылся магазин или кафе, где они работали, но верующие собираются почти беспрепятственно.

Пётр Кромских

Теги